ВИЗАНТИЯ. ПАЛОМНИЧЕСТВО В БУДУЩЕЕ (ЧАСТЬ 1)

  Пытаюсь вспомнить, как начиналась эта история, и память возвращает меня в летний день. Перед глазами возникает картина, достойная кисти живописца. За столиком, накрытым белой скатертью, пьют чай и неторопливо беседуют два митрополита. Уютный дворик, журчание садового фонтана, клумбы со скромными неяркими цветами, придающими особое смиренное благородство этому небольшому миру, ели и туи, устремляющие свои, пока еще невысокие, вершины к тихому небу, – все навевало покой и умиротворение. Русская речь чередовалась с греческой: в Самару в гости к митрополиту Сергию приехал с Крита митрополит Петры и Херрониса Нектарий (Пападакис).

     Владыки уже встречались ранее и достаточно хорошо знают друг друга. У меня было благословение сопровождать митрополита Нектария во все дни его визита в Самару в июне 2014 года. Благочинный Заволжского монастыря в честь Честного и Животворящего Креста Господня иеромонах Антоний (Подоровский) сопровождал владыку Нектария в качестве переводчика. По этой причине мы и оказались за одним столом с митрополитами.

     Церковь Крита находится под юрисдикцией Вселенского Патриархата, который пребывает в Константинополе, в последнее время известном под названием Стамбул. Владыка Сергий рассказал своему гостю, что Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл благословил его организовать и возглавить паломническую группу с целью посещения древних святынь Византии на территории современной Турции.

     Паломничество в Византию в реальности оказывается полетом в Турцию. Мы знали, что до недавнего времени ходить в подряснике по Стамбулу разрешалось только одному человеку – Вселенскому Патриарху. Владыка Нектарий пытался рассеять наши опасения, вспоминая, как, посетив свою Патриархию, свободно ходил по городу в монашеском облачении и не сталкивался с какими-либо неприятностями.

     Митрополит Сергий расспрашивал гостя о том, что он успел увидеть, с кем познакомиться, какие самарские святыни посетил. Надо сказать, что программа была достаточно насыщенной и включала в себя посещение монастырей и храмов не только на территории Самары, но и в Тольятти, Винновке, Подгорах. Владыка Нектарий благодарил хозяина за гостеприимство и любовь. Завершая беседу, митрополит Сергий посмотрел в мою сторону и промолвил задумчиво: «Поедем в Византию и отца Георгия возьмем». «А отца Антония тоже возьмем, – переводчиком», – добавил он. Так неожиданно закончился этот замечательный вечер.

     Время шло, и ближе к осени становилось ясно, что поездка состоится: оформлялись документы, покупались билеты, слышались разговоры о будущем паломничестве. Любопытные начинали задавать вопрос, куда это мы собираемся. Узнав, что будем посещать Византию и ее столицу Царьград или Константинополь, любопытствующие теряли энтузиазм. «Так это вы в Стамбул, в Турцию летите…», – почти разочарованно говорили они. Мы и не спорили, эта поездка открывала для нас что-то новое, незнаемое – мир, который можно познать, только соприкоснувшись с ним.

     За суетой дел было недосуг узнать о составе нашей паломнической группы, и только 10 сентября 2014 года на железнодорожном вокзале Самары мы все встретились. Как колоритно выглядели наши попутчики на перроне! Возвышался протоиерей Николай Манихин, рядышком со своим тольяттинским земляком скромно улыбался отец Валерий Марченко. Странно было отсутствие отца Григория Коберника, но оказалось, что он сядет на поезд в Сызрани. Подошел архимандрит Вениамин (Лабутин), по-монашески пытаясь скрыть свою радость. Игумен Фома (Мосолов) весело сиял свой лучезарной улыбкой. Протодиакон Петр Савин как всегда был спокоен и выдержан. Игумен Никон (Ратников), главный воспитатель Самарской семинарии и регент семинарского хора, стоял в окружении небольшой группы студентов, которым предстояло петь на всех наших богослужениях. О чем-то вел переговоры с проводниками нашего вагона главный организатор паломничества иеромонах Никита (Корежин) (он взял на себя все заботы о нашем благополучном передвижении, проживании, питании, предоставив нам беззаботно созерцать открывающийся мир, не отрывая свой ум и сердце от молитвы житейскими хлопотами). Задумавшись, стоял келейник Владыки Роман Фияло. Если он здесь, значит Владыка уже в вагоне.

     Поезд тронулся, и мы благополучно добрались до Москвы. Одиннадцатого сентября из аэропорта Шереметьево-2 самолетом «Аэрофлота» наша паломническая группа во главе с митрополитом Самарским и Сызранским Сергием отправилась в Стамбул. Или в Царьград?.. Будущее покажет.


ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ

     Через несколько часов наш самолет приземлился в аэропорту города Стамбула, названного в честь основателя современной Турции Мустафы Кемаля Ататюрка. [ Мустафа Кемаль Ататюрк («Отец турок») (1881 – 1938) – выдающийся политик и государственный деятель. ] Аэропорт ничем не отличался от остальных крупных аэропортов. Нас сразу окружила многоплеменная, разноязычная братия со всего мира. Получив багаж, вслед за владыкой Сергием выходим из здания и вдыхаем наполненный ароматами цветов и растений теплый южный воздух. Отец Никита, вглядываясь в лица встречающих, помахал рукой, и к нам стал пробираться моложавый человек с легкой проседью. Поприветствовав Владыку и улыбнувшись остальным, он повел нас к автобусу, на ходу рассказывая о предстоящей программе. Говорил он на русском языке достаточно хорошо, но с небольшим акцентом, как обычно говорят болгары. Это был наш гид Ильхан Карабуд – турок болгарского происхождения. Учился он еще в советской Болгарии в Тырновском университете на историческом факультете, поэтому неплохо знаком не только с языком, но и с исторической традицией. Ильхан сопровождал нас в этом паломничестве. Программа включала в себя посещение столицы Византии Константинополя, ныне Стамбула. Затем мы должны были отправиться в западную Турцию – город Смирну и древний, находившийся там город Ефес. А в последние дни у нас была южная Турция, там, где в области Ликия с городом Миры расположена одна из самых больших святынь – гробница святителя Николая Чудотворца.

[ Смирна (от гр. миро, т. е. «благовонное масло») – город на западном побережье Малой Азии, расположенный в глубокой бухте, примерно в 55 км севернее Эфеса. В Римский период в Смирне проживало большое число иудеев, которые оказывали значительное влияние на хозяйственную и политическую жизнь города. Христиане в Смирне подвергались преследованиям вплоть до правления царя Константина. Основание здесь христианской Церкви относят ко времени апостола Павла, жившего и проповедовавшего в Эфесе.

Ефес (совр. – Эфес) – город в Лидии, на западном побережье Малой Азии, располагавшийся при впадении реки Каистр в Эгейское море. Обмеление бухты привело к упадку,а затем и гибели города. В новозаветный период Ефес был самым значительным городом Малой Азии. Апостол Павел дважды бывал в Ефесе. Первый раз он прибыл сюда из Коринфа весной 52 г. по Р. Х. – (Деян. 18, 18), а затем жил здесь с осени 52 г. до лета 55 г.

Ликия – область на южном побережье Малой Азии, между Карией и Памфилией, с портовыми городами Патарой (Деян. 21, 1) и Мирами Ликийскими (Деян. 27, 5). ]

     Погрузив чемоданы и заняв места в автобусе согласно «табелю о рангах», мы начали свое странствие. Оказалось, что аэропорт находится в черте города. Его строили на расстоянии двадцати километров от столицы, но, разрастаясь, Стамбул принял в свои объятия небесные ворота Турции.

     Стамбул – турецкое название города, причем так называть его стали сравнительно недавно, до 30-х годов XX века город назывался Константине. Название «Стамбул» тоже имеет греческое происхождение. Это переиначенное по-турецки выражение «Ис тин полин», что переводится как «в город». Дело в том, что для византийцев был только один город – это Константинополь, они только его и называли городом, все остальные поселения упоминались по их названию.

     Из окон автобуса мы наблюдаем жизнь большого города, хотелось сказать «современного большого города», но что-то мешало так думать. По улицам двигается поток современных автомобилей, автобусов, мотоциклетов. Люди, одетые по-европейски, заняты своими делами: кто-то спешит, кто-то прогуливается, молодые люди, которых достаточно много в многочисленных скверах, молча созерцают окружающий мир. Проезжаем мимо площадей и фонтанов, из динамиков слышится голос гида, который рассказывает о городе. Цифры впечатляют. Население города – 15 миллионов человек. Растянулся он на 160 километров, расположен на двух континентах – Европейском и Азиатском… Слева от нас сверкает изумрудное море, а справа на многие километры протянулись крепостные стены, многие века защищавшие Царьград от нашествий иноплеменников. Во время первой прогулки мы не увидели небоскребов, стеклянных деловых и торговых центров, присущих современным городам. Полуразрушенные башни городских стен, постройки времен византийских императоров, старинные здания храмов и мечетей, – все напоминает музей под открытым небом: большой старинный город-музей, в котором протекает современная жизнь, а мы, вместе с его жителями, – в нем только туристы или паломники. Автобус остановился, и мы увидели церковь в честь иконы Пресвятой Богородицы «Живоносный Источник», расположенную в районе Балыклы недалеко от Мраморного моря.

Храм «Живоносный Источник»
Храм «Живоносный Источник»

  Древнюю часть Константинополя с юга омывают Мраморное море, пролив Босфор, соединяющий его с Черным. Мраморное же море в свою очередь соединяется со Средиземным. Город окружает глубокая бухта, которая называется Золотой Рог. Таким образом, место, на котором стоит Константинополь, с трех сторон окружено водой, и потому город всегда был достаточно неприступен. Только с западной стороны пришлось строить более мощную стену. Стен было построено несколько, и сейчас их остатки сохраняются и даже в некоторых местах реставрируются как исторические памятники.

     Церковь в честь иконы «Живоносный Источник» в Балыклы находится при действующем монастыре, на месте церкви, которую построил император Лев I. Синаксарь повествует, что когда он гулял по этим местам, еще не будучи императором и не помышляя им стать, то встретил немощного увечного человека, и тот попросил его напоить. Лев задумался, как выполнить эту просьбу: поблизости воды нигде не было. Тогда вдруг таинственный голос указал определенное место, где он найдет источник пресной воды. И действительно, Лев нашел его, напоил того человека и вновь услышал голос, возвещающий ему, что он станет императором Византии. Так и случилось, и Лев был благоверным православным императором. Первая постройка, которую он совершил, – храм в честь иконы Пресвятой Богородицы «Живоносный Источник». Храм состоит из двух частей. Есть маленькая часть, расположенная пониже, и там, у западной стороны, как раз находится водоем, в который непрерывно втекает вода из того самого источника императора Льва. Здесь находятся бутылочки со святой водой, их можно взять, выпить святой воды. Выше расположена церковь побольше, тоже освященная в честь Божией Матери.

Гробницы Вселенских Патриархов в Балыклы
Гробницы Вселенских Патриархов в Балыклы

     Гид все время называл этот храм «церковь с рыбами». Об этом есть некое предание. При церкви «Живоносный Источник» когда-то был монастырь с очень мощным источником и озерцом. И один из монахов ловил там рыбку и жарил ее на костерочке. И вдруг однажды к нему прибегают и говорят, что турки взяли Константинополь, то есть что они вошли в Царьград. Но монах сидит спокойно у огня, отвечая: «Нет, я не верю, такое не могло произойти. Смогу поверить, только если эти жареные рыбы оживут». И тут вдруг у него на сковородке рыбки ожили и попрыгали обратно в озеро. И по преданию, когда Константинополь опять станет православным, монах вернется, выловит своих рыбок и дожарит их. Такая вот история – как альфа и омега, начало и конец. Вообще это очень красивое место с водоемом с чистой голубоватой водой. Здесь Владыка вместе с нашими священниками и семинаристами пропел короткий молебен Божией Матери.

Монастырь Хора. Митрополит Самарский и Сызранский Сергий и протоиерей Николай Манихин
Монастырь Хора. Митрополит Самарский и Сызранский Сергий и протоиерей Николай Манихин

     Следующий храм, который мы посетили, – церковь монастыря Хора. Она действует как музей, поэтому посещение платное. Входной билет – десять лир. Турецкая лира в расчете на наши рубли стоит от пятнадцати до двадцати рублей, то есть две лиры дают там за доллар повсеместно. Церковь очень интересно устроена: когда входишь в притвор, прямого прохода в центральную часть храма нет, там стена, а по бокам находятся базилики. Центральная часть сейчас реставрируется. На сводах храма сохранились замечательные мозаики, относящиеся к XII веку и более раннему периоду. На них изображены различные сцены из жизни Иисуса Христа и Божией Матери, в частности, связанные с праздником Рождества Девы Марии, когда еще до Ее рождения Иоаким приносил жертву, и некий человек возмущался: «Почему ты вперед меня приносишь жертву? Ведь ты более грешный, чем я, тебя Бог наказал – у тебя нет детей». Сохранились изображения Рождества Пресвятой Богородицы, Рождества Христова, посещения Божией Матерью праведной Елисаветы, иконы апостолов Павла и Петра. Сохранился также придел с фресками.

Купол в церкви монастыря Хора
Купол в церкви монастыря Хора

     Храм монастыря в Хора всемирно известен, потому что мозаики, которые существуют в нем, – это высшее достижение искусства, настолько они художественно эталонные и настолько красиво выполнена золотая мозаика. Конечно, далеко не все дошло до наших дней. Эти мозаики узнаваемы, потому что все мы их много раз видели в книгах. Также и наши современные иконы часто являются копиями с этих изображений монастыря в Хора.

Церковь монастыря Хора. Фреска «Сошествие во ад»
Церковь монастыря Хора. Фреска «Сошествие во ад»

     Первый придел храма весь покрыт мозаикой, а во втором приделе уже идет фреска. Фреска – это письмо по сырой штукатурке, которая каменеет, и тогда рисунок становится несмываемым, поэтому фрески хранятся более тысячи лет, пока цела штукатурка. Мы увидели знаменитые фрески монастыря, самая известная из которых – «Сошествие во ад», когда Господь изводит из гроба – из ада – Адама и Еву. Он в таком динамичном движении, словно вырывает их из уз смерти. Многие известные современные иконописцы, расписывающие храмы, копируют эту фреску. Удивляешься, насколько художественно все было сделано в те далекие времена, насколько высока культура иконописания, мозаики. Сейчас, в наше время, даже копирование этого наследия труднодостижимо. Поэтому, слава Богу, что русские православные люди начинают ездить сюда и могут видеть это чудо своими глазами. Турки, как и все восточные люди, не упускают возможность подзаработать, поэтому когда они поняли, что весь мир с удовольствием едет к ним смотреть древние святыни Православия, то начали все восстанавливать и реставрировать.

     В Хоре из-за множества туристов так шумно, что даже гида плохо слышно, поэтому нам дали по небольшому приемнику и наушники, а у нашего гида имелся передатчик. Мы смогли разойтись в разные стороны храма, но все, что он говорил, слышали. Это очень удобно, позволяет все хорошенько рассмотреть. И на фотографиях мы часто попадаемся с красненькими ящиками и наушниками.

     Этот храм и монастырь известны еще со времен Вселенских Соборов. Первое упоминание относится к V веку. Название Хора (χώρα – «сельское место») храм получил, поскольку в период основания эти земли еще не входили в городскую черту. В свое время в монастыре Хоры находились под стражей известные церковные деятели как православной, так и еретической сторон. Выдающимся меценатом, оплатившим реставрацию здания, изготовление мозаик и фресок для этого храма стал видный политический и культурный деятель поздней Византии Феодор Метохит (XIII – XIV вв.), который и сам изображен на одной из стен. В этих храмах, к сожалению, служить Литургию турки пока не разрешают.

     Осмотрев церковь монастыря Хора, мы отправились в нашу первую гостиницу. Всего за поездку мы сменили четыре гостиницы. Первая – «Кристалл» – находится в европейской части Стамбула. Чтобы попасть туда, нам нужно было переправиться через бухту Золотой Рог. Через нее достаточно много самых разных мостов – автомобильных, метромост – с которых можно увидеть наиболее выдающиеся архитектурные сооружения Стамбула. Конечно, самые выдающиеся постройки времен Османской империи – это мечети. Но, что интересно, за архитектурную основу мечетей турки всегда брали православные храмы. Поэтому неоднократно нас посещало такое искушение: видишь мечеть, а рука сама тянется перекреститься, потому что архитектура совершенно одинаковая. И если бы не было на верхушке полумесяца, а вокруг – минаретов, то угадать, что это за здание – православная церковь или мечеть – было бы очень трудно. Некоторые наиболее выдающиеся архитекторы Стамбула копировали самые красивые византийские постройки. В частности, план собора Святой Софии лег в основу нескольких мечетей, в том числе и одной из самых значимых – мечети Сулеймана I Великолепного постройки XVI века.

     Мы поселились в гостинице в центральной части Стамбула рядом с площадью Таксим. Площадь интересна тем, что на ней расположен памятник «Республика». Это двенадцатиметровый монумент, воздвигнутый в 1928 году по проекту итальянского архитектора Пьетро Каноника. Он символизирует турецкую армию-освободительницу и установление республики. Выглядит это интересно: Ататюрк в окружении группы людей, которые помогали ему в революции. И среди знаменитых турецких революционеров – двое военных в галифе, фуражках и с шашками. Это Ворошилов и Фрунзе.

Памятник Ататюрку
Памятник Ататюрку

     Во время Первой мировой войны турки воевали на стороне Германии. И когда Германия потерпела поражение от стран Антанты, Турция оказалась в разделенном состоянии. И тут греки решили воспользоваться моментом и восстановить «Великую Грецию», вернув себе Малую Азию: Ефес, Каппадокию, Константинополь (правда, они забыли, что «Великой Греции» никогда не существовало, а была Римская империя, восточную часть которой принято называть Византией. И жили в ней не греки, а ромеи, т. е. римляне). Национальная идея возобладала над имперской, греки собрали армию и в 1919 году начали военные действия против Турции. Тогда главный военачальник Турции Ататюрк обратился к Ленину за помощью, и тот направил Фрунзе послом, а Ворошилова – военным советником. Они привезли очень много оружия, которым вооружили всю турецкую армию. Благодаря помощи большевистской России греки были разбиты, и начался великий исход греков из Турции, а турок – из Греции. Греки до сих пор называют этот момент своей истории «Малоазийской катастрофой».

     На территории Турции в то время жили миллионы греков, им не запрещали молиться, и у них были свои храмы, были мощи, очень много мощей, много было чудотворных икон. Это были настолько святые места! В Каппадокии родились святые отцы Василий Великий, Григорий Богослов, Николай Мирликийский. Семь церквей Апокалипсиса носят имена малоазийских церквей: Ефеса, Смирны, Пергама, Фиатиры, Сард, Филадельфии, Лаодикии. Грекам не разрешали строить церкви выше мечетей. Но это все же была Османская империя. Империя никогда не мешала людям жить, как они хотели. Главное, дань плати, и против империи не воюй. А в тот год, когда греки напали, то внутри страны их посчитали тоже неблагонадежными, хотя малоазийские греки, которые жили в Турции, были против этой войны. Малоазийские греки еще несли в себе дух великой Византии.

     В двадцать втором году было принято решение выселить всех греков из Турции. Если бы они до сих пор там оставались, наверное, молитвенная жизнь еще больше бы возобладала. Греки, покидая Малую Азию и Константинополь, брали мощи, святыни, они перевезли в Грецию мощи Иоанна Русского. Тем самым Византия как бы лишалась очень мощного молитвенного покрова на Малоазийском полуострове.

     Малоазийские греки, покинув Анатолийский полуостров, возможно, спасли Грецию и ее народ от окончательного падения в эллинизм и национализм. Большинство великих греческих подвижников ведут свою родословную от греков-переселенцев, среди которых наиболее известен Паисий Святогорец.

     Миллионы турок сотни лет жили в Греции и на Крите. Им тоже было не очень радостно возвращаться. Турки-переселенцы принесли с собой терпимое, а иногда и доброе отношение к христианству, культуру европейской жизни, имперский дух. Их религиозное мировоззрение, оставаясь мусульманским, потеряло свой радикализм. Многие ценности христианской среды были восприняты ими как свои. В наше время запад и юг Турции разительно отличаются от своих восточных и северных областей, где еще встречается радикальный ислам. Турция, имея на юге восемьсот километров почти открытой границы с Сирией, защищает Европу от проникновения на ее территорию радикальных исламистов. Вот на какие размышления может навести всего лишь один памятник, мимо которого мы проехали.

     А вечером мы совершили на небольшом, напоминающем наш «ОМик» теплоходе прогулку по Босфору, обозревая ночной Константинополь. Босфор – это пролив, который соединяет Черное и Мраморное моря. А дальше Мраморное море через пролив Дарданеллы соединяется с Эгейским морем, которое является частью Средиземного. Если корабли идут из Черного моря в Средиземное, им не миновать Босфор и Дарданеллы. И все это на территории Турции. Длина пролива приблизительно тридцать километров, а ширина в некоторых местах семьсот метров, глубина от 33 до 80 метров. Здесь проходят крупные военные и пассажирские корабли, подлодки. Русские часто воевали за проливы и были почти готовы их занять, пока Англия и остальные европейские страны не воспротивились этому под угрозой войны.

     Через Босфор проложено два моста: Босфорский, построенный в 1973 году, имеет длину 1074 метра, и мост султана Мехмеда Фатиха протяженностью 1090 метров, движение по которому было открыто с 1988 года. Константинополь расположен в европейской и в азиатской частях, таким образом эти мосты соединяют Азию и Европу.

     …Итак, ночной Босфор. Во время вечерней поездки наблюдали Константинополь с воды. Он весь в огнях, зрелище весьма необычное: с одной стороны проплывали мечеть, она стояла прямо на берегу Босфора. Это как раз было время, когда люди собрались на вечерний намаз, и вот слышишь издалека как будто византийские песнопения. А когда подходишь ближе, понимаешь, что это поет муэдзин – в мечети совершается мусульманское богослужение. Либо греки взяли музыку с востока, либо наоборот. Через двести-триста метров – дискотека, уже совершенно другая музыка. Все как в Европе: храм, монастырь, а напротив молодежь собирается. Недалеко от нас одновременно проплывает несколько корабликов, и на каждом своя дискотека. Молодые люди танцуют, и создается крайне смешанное впечатление: с одной стороны молятся, причем в мечети многолюдно, с другой стороны корабли, – там отдыхают.

     На побережье Босфора множество красивых зданий. Для султанов и их родни там строили дворцы. На азиатской стороне Босфора вот уже второй век как появилось военное училище, действующее и поныне.

     Турки подражали как европейскому, так и византийскому стилям и, конечно, старались сохранить культуру. Главное, что они практически ничего не разрушали. На них работало довольно много греческих архитекторов, которые остались там жить, и турки за образец брали византийскую архитектуру. После Софии Константинопольской мы осмотрели несколько мечетей, – их практически не отличить от Софии. Такое ощущение, что была одна София, а стало несколько. Как будто к Софии приставили минареты – и появилось еще несколько точно таких. И если эти минареты убрать – весь Константинополь будет в величественных православных храмах, подобных Софии, ведь архитектура практически неизмененная. Пожалуй, в Турции все мечети построены по одному типу: купол византийский и по форме напоминает Софию. Многие отцы наши говорили, что как увидишь такое, рука сама тянется перекреститься – будто перед тобой византийский православный храм. Но бурной жизни в этих мечетях мы не заметили, не то что у нас, где вокруг храмов все живет. Турция – светская страна. Народ себя позиционирует как мусульманский, но стремится к подобию европейцев. Вся Турция сейчас стремится стать страной, как здесь говорят, «цивилизованной». А «цивилизованная» в их понимании – похожая на Европу. Поэтому там достаточно нормальные отношения, уже не видно этих бородатых, в чалмах, ваххабитов.

     Вернулись мы в десять вечера. На воде было достаточно холодно, к тому же сказывалась усталость. Впечатлил турецкий чай. Черный, хорошего качества, производится в самой Турции. Подают его в фигурных стаканчиках, похожих то ли на маленькие вазы, то ли на большие рюмки: мы удивлялись – чай в рюмках подают…

     На следующее утро, в пятницу 12 сентября, мы поехали служить Литургию во Влахернский храм. Он располагается недалеко от патриаршей резиденции. Храм древний, исторический, в нем тоже есть святой источник, и наш гид почему-то все время называл его храмом «Живоносного источника». Здание нынешнего храма с двускатной крышей построено в XIX – начале ХХ века, а старый разрушен в результате землетрясений, здесь они часто бывают. Турки могли не позволить восстанавливать храм, но храм этот принадлежал Патриархии, а они первое время относились к Патриархии неплохо, даже давали Патриарху особый документ, где оговаривались его права. И церковь была восстановлена. Внутри она похожа на наши деревенские храмы. Простой иконостас, в алтаре стена то ли обоями оклеена, то ли окрашена. Иконы… Все просто.

Литургия во Влахернском храме
Литургия во Влахернском храме

     О Влахернском храме знают все, потому что именно здесь явилась Божия Матерь, и это явление мы празднуем как Покров Пресвятой Богородицы. Когда жители Константинополя молились в храме и просили Богородицу защитить город от нападавших скифов, Андрей юродивый и Роман Сладкопевец увидели Божию Матерь, распростершую Свой покров над молящимися. Тогда заступничеством Божией Матери было это нашествие отбито: внезапно налетевший шторм разрушил всю флотилию.

     Еще раньше, в седьмом веке, пытались захватить Константинополь арабы. И их флот тоже был сокрушен. Те же, кому удалось выбраться на сушу, терпели страшные бедствия и в конце концов ушли. При императоре Михаиле III, в 866 году, Константинополь в третий раз был сохранен силою Царицы Небесной от агарян и русских витязей Аскольда и Дира. Эту троекратную помощь Богоматери святая Церковь вспоминает в субботу пятой недели Великого поста акафистным, неседальным пением. Во Влахернском храме выгравирован первый кондак акафиста Божией Матери «Взбранной Воеводе победительная». Мы служили Божественную литургию на этом святом месте, и во время службы у многих появилось ощущение явного присутствия Божией Матери.

     В середине службы пришел настоятель Влахернской церкви, что тоже было очень необычно: во время литургии в алтарь заходит какой-то человек в подряснике. Вошел, поклонился, поцеловал престол, перекрестился, приблизился к жертвеннику, всем поклонился – и вышел. Стал на стасидии, где обычно находятся певчие, и стоит, как обычный монах. Во время совершения Великого входа появилась группа греческих паломников, и послышался их разговор: «Росос эпископос». А монах в стасидии им объясняет, что русский епископ служит, русская литургия. Когда Владыка разоблачился, пропели молебен Божией Матери, молитву «Царице моя Преблагая». Монах подошел к Владыке, и тут выяснилось, что это викарий Константинопольского Патриарха Дионисий, епископ Синадский, который служит в этом храме. Они служат ежедневно со среды, и он сказал нам, что это счастье для нас, потому что явление Покрова Божией Матери было в пятницу, а именно в пятницу мы и служили. В этом храме в пятницу особенная служба. Епископ Дионисий рассказывал: «Служим я и священник. Так как мы вдвоем, мы со среды служим по очереди». Певчих у них нет, поэтому они служат так: епископ служит – священник поет, священник служит – епископ поет: такой скромный.

Беседа с настоятелем Влахернского храма, викарием Константинопольского Патриарха, епископом Синадским Дионисием
Беседа с настоятелем Влахернского храма, викарием Константинопольского Патриарха, епископом Синадским Дионисием
Митрополит Сергий прикладывается к мощам Евфимии Всехвальной
Митрополит Сергий прикладывается к мощам Евфимии Всехвальной

     Затем нам предложили печенье, чай, булочки, сок. Два архиерея стали беседовать. Наш Владыка благодарил, потом пригласил епископа Дионисия к нам в гости. А тот ответил: «С удовольствием, но у меня нет отпуска, я никогда его не беру. Если возьму отпуск, то некому здесь служить. А служить надо». Был и такой эпизод. Митрополит Сергий говорит: «Владыка, может, мы крестовый поход устроим?». Тот взмолился: «Не надо, не надо!» – «Ну ладно. Константинополь пока брать не будем. Поедем дальше».

     После этого у нас по программе было посещение патриаршей резиденции. Это место, где живет и работает Святейший Патриарх Вселенский Варфоломей. Но в тот момент он по каким-то причинам нас не смог принять. Прежде всего мы вошли в храм великомученика Георгия Победоносца. Он находится во дворце резиденции, это патриарший собор. Как и в большом соборе в нем есть центральный и боковые приделы. И вот только в одном боковом приделе – мощи Саломии мученицы, мощи Феофании, благоверной царицы, и мощи великомученицы Евфимии Всехвальной – одной из самых почитаемых святых в истории Церкви.

     Место ее страданий – город Халкидон на азиатском берегу недалеко от Константинополя. В Халкидоне через несколько веков после того, как мученица скончалась, проходил четвертый Вселенский Собор, на котором были осуждены монофизиты, признававшие во Христе Божественное естество полноценным, а человеческую природу Его – ущербной. И после того, как святые отцы написали орос – постановление Четвертого Вселенского Собора, а монофизиты написали свой, положили на мощи Евфимии Всехвальной – какой она сделает выбор. И когда мощи открыли, то увидели, что православный орос у святой в руке, а еретический – в ногах. Мощи ожили, и рука великомученицы передала отцам этот орос. Поэтому с тех пор Евфимия стала одной из самых почитаемых святых как подтвердившая две природы Господа – истинного Бога и истинного Человека. Если все мощи покоятся в деревянных гробах-ковчегах, то ее ковчег подаренный русскими, из серебра. Нам даже открыли эти мощи для поклонения.

Внутреннее убранство храма вмч. Георгия (Вселенская Патриархия)
Внутреннее убранство храма вмч. Георгия (Вселенская Патриархия)

     На другой стороне храма мощи святителей Иоанна Златоуста и Григория Богослова. Когда мы осмотрели храм, нас пригласили в патриаршую резиденцию. Должна была состояться встреча со Вселенским Патриархом, но вместо него нас встречал митрополит Каллиупольский и Мадитский Стефан, исполняющий обязанности патриаршего протосингела.

Встреча во Вселенской Патриархии с митрополитом Каллиупольским и Мадитским Стефаном
Встреча во Вселенской Патриархии с митрополитом Каллиупольским и Мадитским Стефаном

     Поднимались мы по неширокой крутой винтовой лестнице. Поднявшись на третий этаж, попали в зал патриаршей резиденции для встреч. Вошли митрополит Стефан и молодой архимандрит Виссарион, переводчик. Он изучал русский язык в Санкт-Петербургской Духовной Академии. Митрополит Стефан тоже довольно молодой митрополит, историк по образованию, окончил Константинопольский университет, знает множество языков. Он поприветствовал владыку Сергия, и завязалась беседа, официальная сначала, потом неофициальная. Митрополит Сергий говорил, что мы молились Божией Матери о том, чтобы и местным православным была дарована Божественная помощь и укрепление. Затем состоялся обмен подарками. Владыка преподнес часы с изображением Свято-Богородичного мужского монастыря в Винновке, а митрополит Стефан – крестики и книги на английском о Вселенской Патриархии, ее храмах, причем исключительно о действующих, а Святая София там даже нигде не упоминается и не значится на картах-вкладышах к этим изданиям. Видимо, они не хотят обострять отношения с турками, поэтому рассматривая Вселенский Патриархат, Святую Софию не упоминают.

Собор Святой Софии – Премудрости Божией
Собор Святой Софии – Премудрости Божией

     Пообедав на берегу залива Золотой Рог, мы направились как раз в сторону Святой Софии. Храм находится в оживленном месте. Прежде чем туда попасть, надо перейти большую площадь, на противоположной стороне которой стоит величественное здание мечети. Была пятница – день мусульманской молитвы, и народу на площади собралось очень много. Увидев нашу группу, местные продавцы налетели на нас, словно шумливая стая птиц, наперебой предлагая бусы, книги, амулеты, напитки. Пробираясь сквозь эту внезапно возникшую преграду, мы достигли входа на территорию Святой Софии. Сейчас это
музей, и вход в храм только по билетам. Турки, захватив Константинополь в 1453 году, превратили Святую Софию в мечеть. Когда в 1923 году к власти пришел Ататюрк, решили мечеть использовать как музей, свободный для всех желающих посетить этот памятник зодчества.

Интерьер храма Святой Софии
Интерьер храма Святой Софии

     Пройдя контроль, где тщательно проверяют сумки и все, что ты несешь, мы попали в притвор здания Святой Софии. Окруженная снаружи множеством других построек, которые заметны со стороны моря даже больше, чем Святая София, она, может быть, сейчас и не производит такого впечатления, как раньше. Но когда входишь туда, просто поражаешься: церкви с таким громадным подкупольным объемом я, например, не назову – не знаю, есть ли церкви с еще большим, возносящимся ввысь пространством, чем у Святой Софии. Она состоит из трех приделов: центральный – самый большой, есть еще несколько боковых и верхняя галерея.

Мозаика Святой Софии
Мозаика Святой Софии

     Высота внутреннего пространства такова, что в храме может поместиться пятиэтажный дом. Диаметр купола – тридцать два метра. И если в здании Святой Софии, служившей мечетью, все православные изображения были замазаны, заштукатурены, то при реставрации некоторые из них постепенно открывали. Примечательно, что турки не сбивали мозаики, а всего лишь закрыли щитами или просто заштукатурили, а сейчас идет реставрация. Мозаики известные, узнаваемые по фотографиям в альбомах и открыткам.

     Святая София похожа на храм, в котором почти нет признаков жизни. Словно великан, который на сегодняшний день повержен. Повержен, но не убит. Идешь по храму, вдруг смотришь – Спаситель с Божией Матерью. Там – святой император. Там – Спаситель с предстоящим императором, еще какие-то образы. Идешь по Софии, и повсюду проблески жизни, – православные иконы. На верхней галерее зал, где проходили церковные Соборы, его отгораживают мраморные ворота. И храм начинает потихонечку оживать. Он повержен, он в летаргическом сне, – но он жив.

Владыка Сергий в храме Святой Софии
Владыка Сергий в храме Святой Софии

     Когда мы пришли, реставрировалась левая часть, и в процессе реставрации уже открылось несколько изображений святителей, – с правой стороны их можно было увидеть.

     Видим, стоит колонна, какое-то темное пятно на ней, и все к нему прикладываются. Оказывается, на этом месте находилась чудотворная Влахернская икона Божией Матери. На другой колонне пробой, туда пальцы вкладывают, желания загадывают: это след от чудотворной иконы Иоанна Златоуста. Места, где помещались святыни, обладают благодатной силой. Увидели круг на полу – камни какие-то драгоценные. Оказалось, это место, где вставали императоры при венчании на царство. Показали нам место, где молилась императрица. Храм живой, там осталось только отслужить Литургию. Рассказывают, что когда турки ворвались в храм, священник совершал Евхаристию. И чтобы они не осквернили святыни, Плоть и Кровь Господню, он вошел в стену, и она закрылась за ним. Есть предание, что когда над Софией поставят Крест, священник вернется и дослужит Литургию.

Самарская паломническая группа в храме Святой Софии
Самарская паломническая группа в храме Святой Софии

     Наш Владыка сказал, что Патриарх Кирилл прислал нас сюда отмаливать эту землю, которая промыслительно сохраняется Турцией. Турция защитила Византию от иных христиан, европейцев, стала ее охранять, прикрыла, – Византия стала прикровенной. Для кого хранит Турция Византию? Мы слышали от греков пророчества, что русские возьмут Константинополь в результате кровопролитной войны и отдадут грекам. Это самая заветная их мечта. А наша мечта-действительность: «Москва – Третий Рим, и четвертому не бывать!» И стало ясно, понятно и спокойно, что если и воссияет Крест над Святой Софией, воздвигнут его русские. Национальное государство Греция не сможет вместить имперский город. Только Третий Рим может объять все предыдущие империи. Константинополь вернется в лоно Православия, но это будет город Третьего Рима.

     Поездка изменила наше мнение о Турции. Мы ехали вдоль берега моря и вспоминали Крит, Грецию – та же природа, похожее море, такое же отношение к нам. Иногда греки, в отличие от турок, даже как бы свысока на нас смотрят. Многие турки говорят по-русски. На рынках, магазинах надписи на русском языке, вот и думаешь: в России ты или в Греции? – но уж никак не в Турции.




     Архимандрит Георгий (Шестун), доктор педагогических наук, профессор, академик РАЕН, заведующий межвузовской кафедрой православной педагогики и психологии Самарской Православной Духовной семинарии, настоятель Заволжского монастыря в честь Честного и Животворящего Креста Господня, настоятель Троице-Сергиева подворья г. Самары.
     Дневник паломничества в Византию, совершенного группой паломников Самарской митрополии во главе с Высокопреосвященнейшим Сергием, митрополитом Самарским и Сызранским с 11 по 18 сентября 2014 года.